*
Если у вас времени в обрез, и его хватает только на нервное раскидывание вещей по углам – не огорчайтесь. Вещи прекрасно освоятся в новом месте и заплодоносят. Чем меньше внимания мы уделяем природе, тем больше благодарности она к нам испытывает. Как не вспомнить семейную историю с кактусом, который был забыт в углу под диваном еще ребенком. И найден, спустя год, не только поздоровевшим на кило, но даже цветущим. А на заброшенном дачном участке моего папы – в траве ростом выше крыши – созревали арбузы. Сегодня авоська с яблоками была забыта на микроволновке. На той самой решетке, которую ни в коем случае нельзя закрывать. После того, как испекся пирог, неожиданно выяснили, что и десерт зарумянился: яблоки были простые, стали печеные. Чудесные печеные яблоки богатые пектином, очищающим организм – и никаких хлопот. Меньше тщания, больше спешки, глупости, чтобы из рук вон – рецепт домохозяйского благополучия.

*
Если на свете все-таки есть страстная мамба в человечьем обличии, то она посетила. Когда-то давно думала, что страстная мамба – это моя сестра Ольга, даже выслала ей одноименный гель для душа, чтобы она тоже не сомневалась. Теперь и я. В оранжево-красном с оранжевыми волосами плююсь огнем в ответ на попытки помешать работать. Времени нет. Нет времени, и никогда не было.

*
Постеснялась сфотографировать картинку: на асфальте возле исходящего паром люка сидел бомж, в него упиралась острием рекламная стрелка на стенде с надписью «размножай-ка!» Кто-то говорил про меня сто лет назад, что выгляжу не только как инопланетянка, но как она же, всегда готовая посочувствовать землянам. Такое уж лицо – сочувственное. Тех же бомжиков притягиваю. Намедни пьяненькая тетенька с лицом цвета фуксии предложила яблочко, предварительно вытерев его об рукав. Пора вынести очередную сумку б/у одежды к кладбищу – принести дань их божеству. Поставить ее к древнему алтарю – к помойке. Я их всех почему-то люблю, невзирая на постоянную иронию. Не знаю почему.

*
К бутылке с раствором прилагается инструкция с юмористическим предложением три раза в день прогревать ее (100 мл) руками, иными способами запрещается. Греть руками – это слишком целомудренно, всякий казак знает, где у женщины самое горячее место на теле. Между, извините, ног. Очень удобно, и от работы не отвлекает.
**
В центре красно-сине-белая молодежь отмечает день рождения президента. Дарят шарики детям. На стенде предлагается оставить поздравление, очень занятно было почитать народные версии от «вован, друг, жму!» до скромного набора цифр – расчетного счета.

*
Жизнь опять наполнилась лекарствами – сверять с бумажкой, крестики-галочки ставить. Помнится, стихи им посвящала в годы великой скорби и перекормленности обезболивающими, называла «золотом» в стихах, потому что таблетки в ту пору были индийские практически все – в золото и серебро их запечатывали. В этом и правда некоторая поэтика ощущалась на фоне тогдашнего увлечения всем индийским плюс изучение санскрита. Даже патриотизм, причастность. Все можно повернуть в выгодную для себя сторону. В конце концов. Реклама баралгина, например, сообщает: «каждый дом с ним знаком!» - и это, по их мнению, чистый незамутненный оптимизм.
**
Дщерь собирается на праздник эмо. Сама она не эмо, но сочувствующая. Спрашиваю, будет ли она сочувствовать им вслух. Ну, там жаловаться, как ее не понимают родители. Дщерь, подавив энтузиазм, мрачно констатирует, что будет в этой компании белой вороной. «У них другие родители. Их матери не ведут ЖЖ!» Очень пафосно в таком контексте звучит слово «матери» - как «солдатские матери», что-то близкое.

*
В подъезде повесили объявление репрессивного характера за подписью ЖЭУ: «сегодня в такое-то время необходимо обеспечить доступ во все квартиры; если хотя бы в одну квартиру доступа не будет, отопление не подключим, перерасчет за отопление не произведем». Именно так: «хотя бы в одну». Ужасно злой человек писал, обиженный и слабый. И больше вообще не приходите и не живите. И плату на квартиры брать не будут, и вообще ничего. Обиделись, видать, заранее, поскольку так и не пришли – а зачем? Пальнули в воздух. И не увидели хотя бы одну квартиру, не постучали в безмолвную дверь коварного наглеца.

*
С утра мне сразу стало понятно, что отопление все-таки включили. Может, помогли стенания дщери о «нормальных домах через дорогу», где отопление давно уже есть. Как-то очень быстро пришло понимание: это оно. Особенно после попытки привести левый третий вентиль в горизонтальное положение – горячая вода, всю неделю пребывавшая в формате «то потухнет, то погаснет», тугой струей окатила любимые гламурные штаны. Именно в этот момент озарило - оно. Было тепло. Правда, мокро. После виртуозной игры на вентилях не знаю-не знаю, сколько квартир осталось без воды, зато у меня перестала течь труба – не лично у меня, а в ванной.
Солнце отчаянно било во все пятьдесят восемь окон квартиры, а мы сидели дома, потому что антибиотики не действуют а), потеряли таблеточку б). Один юродивый во времена царя Бориса как-то раз принудительно терял копеечку. А мы сегодня потеряли таблеточку. Это такая подъездная экспансия у нас – терять «таблетки» от ключа к домофону, они легко вылетают. Ну, вы-то запросто попадаете в свой дом, потому что люди имеют свойство входить и выходить. В доме, где заселено ровно 7 квартир, приходится сидеть и не дергаться. Никто не впустит. Подъезд холоден и молчалив. Несметные полчища маляров внутри дома - белят, красят, никуда не торопятся.

*
Мальчик из окна с тоской смотрит на бегающую во дворе компанию, пытается отщипнуть и себе от их эйфории. Зовет: коольк… пошли ко мне, а. сааньк.. пошли ко мне, а.. Два зова из детства: «пошли ко мне» и «а ты – выйдешь?» Как бы мы удивились тогда, узнав, что взрослым тетенькам не под силу иногда обменяться этими простыми фразами. Мне уже тысяча лет, а я до сих пор не могу никого пригласить к себе обычными человеческими словами.
**
Осень морозная сегодня, как бы ни оделся, все глупо. Страшные облезлые собаки приступили к беготне по дворам. С каждым днем все как будто смолкает постепенно. Наступает время домашних пирогов, чая с васильком и заморскими фруктами, время кухонных разговоров. Срочно накупила посуды для многочисленных и местами невыдуманных гостей. Большие планы.

*
Консультантов в магазинах одежды клинит на определенной фразе. Одна девушка постоянно прибавляла: «ни к чему не обязывает». Эта куртка вас ни к чему не обязывает. Слушала бы ее и слушала как песнь ирландских ветров. В этой куртке можно лежать на диване, завернувшись для верности в халат с кистями – и ни к чему не обязываться сутками, святая обломовщина. К сожалению, полное вранье.
Вторая девушка любовно повторяла фразу по сути страшную, истребляющую остатки доверия к хорошей одежде: «подчеркивает фигуру». Когда она сказала про подчеркивание третий раз, пришлось намекнуть: лучше бы она этого не делала. Продавец моментом переключилась на рефрен «и совсем не полнит». Тоже вранье.
**
Мне нельзя покупать ни к чему не обязывающую и ничего не подчеркивающую одежду. Меня и так нигде нет. Люди жалуются.

*
Везение дня: яблоки, которые не липнут к рукам. Их вырастили тут же в ларьке на заднем дворике. Или парафиновый заводик сгорел.
*
Смотрю на свои рентгеновские снимки, читаю заключение: «… не определяется, … не выражены, … не определяется». Пустота в голове наконец-то подтверждена научно.